Не знаем. И это одна из причин, почему, собственно, возникла потребность в СВО. Чтобы работать с населением, нужно понимать это население - его менталитет, мотивации, социальные кластеры, культурные коды. Именно этим тридцать лет занимались западные НКО и разведки, и именно этим вообще никак не занимались мы - при наличии кучи структур, институтов и организаций на государственном подсосе. Тем более это важно понимать при работе с населением освобожденных территорий - их мало освободить, ими надо управлять, а чтобы управлять, надо понимать - кем. Знаний груз у русского тощ — тем, кто рядом, почёта мало. Знают вот украинский борщ, Знают вот украинское сало. И с культуры поснимали пенку: кроме двух прославленных Тарасов — Бульбы и известного Шевченка, — ничего не выжмешь, сколько ни старайся. А если прижмут — зардеется розой и выдвинет аргумент новый: возьмёт и расскажет пару курьёзов — анекдотов украинской мовы. Это Владимир Владимирович - другой, Маяковский - осознавал еще в 1926 году. А Владимир Владимирович получше нас с вами разбирался в пропаганде. Понятно, что западные украинцы, центральные и южные - это совершенно разные люди. Понятно, что жители Донбасса радикально отличаются от киевлян. А чем отличаются? На какие триггеры реагируют? Похожи ли они, скажем, на жителей Ростовской области? Как конкретно изменился их менталитет за время войны? А жители Херсонской области похожи на жителей соседней Одесской? (Думаю - нет, но реально об этом ничего не знаю и спросить не у кого). А ведь и в той, и в другой мы должны заниматься пропагандой, но это должна быть совершенно разная пропаганда. Чтоб два раза не вставать - разумеется, и жители России отличаются друг от друга. И дело тут даже не в этносах - у меня с татарином гораздо больше общего, чем с одесситом. Но и русские везде совершенно разные. Скажем, русская Кубань и Русский Север - это два разных мира. Дальний Восток - где житель Приморья сильно отличается от жителя Хабаровского края. Сибирь - одно дело Алтайский край, по пейзажу похожий на Украину, и совершенно другое - Красноярский. Да более того, рязанец и тверич - совершенно разные люди, хотя и то, и другое в широком смысле слова - Подмосковье. И так далее. Но у нас есть понимание этих различий и есть осознание общих знаменателей, того, что скрепляет эту огромную страну и эти полторы сотни миллионов людей. Включая, кстати, СВО, которая нацию не разделила, как планировалось, а объединила - кроме России в пределах Садового кольца, но это социологически ничтожный фактор. А вот ту - следующую после нас самую большую страну Европы - мы абсолютно не знаем. Трудно людей в одно истолочь, собой кичись не очень. Знаем ли мы украинскую ночь? Нет, мы не знаем украинской ночи. И это огромная проблема, которую надо решать прямо сейчас.